Павел Корзунович / Два дня в Пикачос (Мексика) / День второй
Павел Корзунович
Главная
Новости
Фотогалерея
Архив фотогалереи
Записки макрушника
Хроника Китайского Американца
Приключения муравьишки
Заповедный напев
Тайны дремучих полян
Мечты сбываются (АНОНС)
Олени корабельного леса
Ночные гости
Мегарисса
Журнал сайта НАТУРАЛИСТ
Записки Бутовского отпускника
Два дня в Пикачос (Мексика)
День первый
День второй
Водный Дракон (Мексика)
Птички невелички у нас в гостях(Мексика)
Коати Тепостлана (Мексика)
Las Piedrotas (Мексика)
Алехандро Ранхель Идальго (Мексика)
Из записной книжки (Мексика)
Отдать швартовы, или пристегните ремни (о.Гаити)
Из ЗАПИСНОЙ КНИЖКИ (Индонезия)
Долина Балием (о.Новая Гвинея)
Острова реликтовых драконов (о.Ринча, о.Комодо)
Остров Канава
Из записной книжки (Папуа)
Бурый пеликан (Куба)
CALOT(Вьетнам)
Красивое(КРАСНОЕ) море (Египет)
Затерянная земля (Египет)
В саду у осьминога
АНГКОР (Камбоджа)
Щурки Тайланда
Технический
О себе
Контакты

День второй

 

                                                    ДВА ДНЯ В ПИКАЧОС.
                                                 (день второй)

Мы выполнили данное обещание и через день вновь приехали в это благодатное для макрофотографа место. Свернув с дороги в посёлок, и проехав буквально сто метров, на сложенном из булыжников заборе  видим крупную игуану. Около метра длиной, темно-серого цвета с желтыми пятнами по всему телу, греется она в лучах солнца. За время поездки по Мексике, нам нередко попадались игуаны, но почти все держали почтительную дистанцию. И чем крупнее был экземпляр, тем более осторожным и пугливым он оказывался. Доверчивые не доживают до большого размера, становятся жертвами собак. Да и людей тоже- мясо игуаны, говорят, похоже на цыплёнка.
Мелкие, до тридцати сантиметров  изумрудного цвета длиннохвостые игуанки несколько раз подпускали нас достаточно близко для съёмки.

Заметили интересную закономерность: пока смотришь на игуану не отводя взгляда- сидит, стоит лишь на мгновенье отвести взгляд- моментально исчезает. Крупные игуаны прекрасно знают, что в машине человек не опасен. Но стоит открыть дверцу, они уже настораживаются, а потом быстро ретируются. Эта же спокойной, видать, пригрелась на солнышке. Она даже позволяет приблизиться на расстояние, достаточное для снимка крупным планом. Если бы не проехавший мимо автобус с шумными мексиканцами,  получились бы и портретные снимки. 


Но, вот мы снова на месте парковки машины. Вроде бы всё по-прежнему.  Несмотря на прошедший ночью ливень, уровень воды в заводях остался прежним и вода прозрачная. Мелкие тропические рыбешки (похожие на гуппи) плавают стайками. Бабочек на ближнем пляже совсем мало. На рядом стоящий куст села геликонида- зебра. Не такая уж и редкость в Мексике, но позавчера мы их здесь не видели. Стоит сфотографировать!
На самом берегу заводи, на мокром вперемешку с речным илом песке, видим одинокого парусника с черными крыльями и красными «галочками» по исподу задних крыльев, передние и задние крылья обрамлены тоненькой белой каймой, черное брюшко с белой «спинкой», а по бокам идут желтые точки. Весьма обычный для этих мест
Battus laodamas, однако, к ней подлетают два черных подалирия и следуют за ней, как пажеский караул.  Забавная сцена, достойная съёмки!

Двигаемся дальше вдоль реки вверх по течению, благо имеется узкая тропинка. Постоянно слышим шуршание ящериц, которые ретируются при нашем приближении. Их много и разного размера. Есть совсем мелкие виды, не более десяти сантиметров, однако ярко окрашенные, есть крупные, упитанные, длиной до тридцати сантиметров, но такие же быстрые и сторожкие, как их более мелкие собратья.  


Справа от нас возвышается высокая гора, на вершине которой хорошо виден «индейский камень»-пьедра де Хулуапан. Рассказывают, что в незапамятные времена этот монолит возник, как кара за грехи одного индейского племени. Посёлок племени находился прямо под камнем, и индейцы не могли перенести его. Но это легенда меркнет по сравнению с историей, изобилующей конкретными именами, репликами и деталями. Говорят, что за столетие до Рождества Христова в этих местах правил могучий вождь по имени Их. 
И что в гости к нему, как иногда случалось в те времена, с флотилией судов прибыл китайский (!) адмирал Ван Вэй. Высадка китайцев произошла в местечке Халауак (ныне Салагуа) в бухте Мансанильо (недалеко от этого места впоследствии произошла высадка части экспедиции Кортеса).   Прогуливаясь в компании Иха по его владениям, гость обратил внимание на монолит и спросил, чья там гробница? Их сказал что ничья, и тогда гость заметил что это было бы неплохим местом для упокоения его дорогого друга. «Рано ты меня хоронишь!»,- засмеялся Их. «Смерть косит людей в любом возрасте и о достойном упокоении нужно думать всегда!»,- заметил Ван Вэй. Гость оставил после себя добрую память и богатые дары, а Их всерьёз задумался об его совете.
 Много лет спустя, исследуя архивы однго европейского музея, французский граф Сан Дионисио обнаружил упоминание о роскошном захоронении вождя Их, где-то на северо-западе провинции Колима, в месте, именуемом «Холоапан» (Xoloapan). Такого места в Колиме не оказалось. Но как-то по дороге из Перу в Европу, коротая время в Колиме в ожидании судна, граф остановился на ночлег в сельской гостинице и увидел из окна на склоне напротив окрашенный закатным светом монолит. «Что это?»,- спросил он у прислужника. «Это- Piedra de Juluapan». «Холоапан!»,- пронеслось в голове у графа. Раскопки под камнем обнаружили просторную крипту с тремя входами. В центральной камере, окружённая роскошными дарами, в ожерелье из перлов лежала мумия Иха. А рядом лежали кодексы на языке ацтеков. В одном из документов (с параллельном переводом на китайский!) рассказывалась история встречи Иха и Ван Вэя. Говорят, что разбогатевший граф по возвращению во Францию сильно захворал и незадолго перед смертью передал кодексы в Академию Наук, где они и затерялись во времена революции...

По утрамбованной дорожке поверху глинистой косы доходим до места, где река делает поворот и на изгибе образовалась большая песчаная отмель. Что там творится! Сотни чёрных подалириев несколькими группами оккупировали кромку воды. Чуть подальше от речки такое же, а может даже и большее скопление желтушек. Переходим вброд, стараясь не делать резких движений. И вот мы в центре этого столпотворения. Бабочки настолько увлечены, что практически не боятся нас. Лишь изредка, некоторые из них перелетают из группы в группу, но своего «клуба». Сначала идёт съёмка с колена, но хочется заснять бабочек с самой нижней точки, а лучше прямо от земли. Самая интересная с точки зрения съёмки группа из «клуба черных подалириев», оказалась, как водится, в самом грязном месте. Однако, охота- есть охота! Приходится лечь плашмя  прямо в грязный, мокрый песок, аппарат ставится на него же. Мало! Хочется ещё ниже. Рукой выкапывается углубление- вот теперь хорошо! Солнце нещадно палит, пот застилает глаза, но на это уже не обращаешь внимания.


Сначала общие планы, причем хочется поймать момент, чтобы над наземной группой в воздухе летали бы несколько бабочек. 
  Минут через двадцать, удается наконец выстроить кадр и начать съёмку по- настоящему. В попытке схватить самый интересный момент, снимаешь очередями, прекрасно понимая, что больше 90% кадров «в корзину». Аппарат строчит, как пулемёт! Ему видимо тоже жарко и тяжело, что начинает сказываться на его работе. Кнопка спуска вдруг стала срабатывать через раз! Пришлось встать и проверить камеру. Заодно с аккумулятором сменить заканчивающуюся карту памяти. Смена аккумулятора в аппарате принесла положительный результат. Затвор стал работать нормально, хотя предыдущий аккумулятор еще не был полностью разряжен. Что ж, теперь пора сменить и объектив. С макрообъективами вновь плюхаемся в грязь, не обращая внимания на свой внешний вид, и по-пластунски подбираемся к ближайшей группе. Как оказалось слишком близко. Пришлось отползти чуть назад.   К счастью ползанье на пузе было не напрасным. Некоторые кадры при предварительном просмотре глядятся неплохо.
Тот же манёвр проделываем и с «клубом белянок». После окончания съёмки, светлые футболки превратились в черно-коричневые, настолько пропитавшиеся мокрым песком с илом, что  бабочки вполне могли пополнять запас минеральных солей прямо с них.   Можно сделать передышку! Выходим на противоположный берег и тут же видим перед собой бабочку монарха! Ни о каком отдыхе не могло быть и речи. Монархи редки в этой части Мексики, и упустить такой трофей никак нельзя.   Данаида монарх Danaus plexippus) – бабочка из семейства нимфалид. Пожалуй,  самая эмблематичная бабочка Северной Америки. Бабочки-монархи ежегодно мигрируют на большие расстояния. В Северной Америке они поодиночке перелетают на юг начиная с августа до первых заморозков. К концу октября большинство особей с восточной стороны Скалистых гор слетаются в несколько компактных зон на западе Мексики. 
Все эти зоны расположены в мексиканском штате Мичоакан (граничащий с Колимой) и находятся под охраной государства. Миллионы бабочек собираются там на зимовку, рассаживаясь на хвойные, образуя, так называемые «бабочковые» деревья, на которых они зимуют из года в год, покрывая стволы и ветви живым ковром: на ветке длиной в 30 сантиметров , может располагаться более ста бабочек. Вероятно, некоторые из них отклоняются от маршрута. И вот одна из них оказалась здесь. Но заснять её оказалось не так просто! Перелетая с цветка на цветок всё того же ваточника, она не задерживается на одном месте долее нескольких секунд. Хотя до нашего прихода, казалось, устроилась на цветке надолго. 
Каким-то образом бабочка чувствует присутствие человека даже на большом расстоянии и начинает беспокойно раскрывать крылья, а потом и вовсе перелетать с места на место. Пришлось изрядно попотеть, бегая за ней. Да еще куртины цветов, как назло, растут среди колючих акаций. Ладно, насильно мил не будешь.                                                      


Возвращаемся в место скопления бабочек. Их стало ещё больше, причем появились белые подалирии и крупные жёлтые парусники Papilio (Heraclides) thoas. Причудливого вида носатка долго позирует нам на веточке.

  А один из парусников Battus  polydamas,  видимо забрёл в «клуб белянок» и теперь щеголяет перемазанный беляночьей пыльцой. 
На темном фоне задних крыльев переливницы , широкой белой полосой читается латинская буква V”- виктория, победа! А на  передних крыльях продолжение буквы желтым цветом.  Издалека крылья этих довольно крупных бабочек кажутся почти черными, но вблизи  отливают выраженным металлическим блеском – от ярко-синего до фиолетового. Крылья покрыты оптическими чешуйками. В них возникает тонкослойная интерференция, оптический эффект…   А нижняя часть оптических чешуек пигментирована; пигмент не пропускает свет и тем самым придает большую яркость интерференционной окраске. Лучи света, проходя через прозрачные чешуйки на крыле, отражаются как от их внешних, так и от внутренних поверхностей. В результате два отражения как бы налагаются и усиливают друга.
 В зависимости от толщины чешуек и коэффициента преломления происходит отражение света с определенной длинной волны.  
 Что ж, пора менять место. Решили вернуться на участок, где  были в первый день.    Пройдя метров двести вниз по течению, видим еще одно скопление черных подалириев. Здесь одна большая группа бабочек у самой кромки воды. Фотографировать не стали, решив сделать побольше видеосюжетов. Верхом на муле, в сопровождении собаки, к нам подъехал пожилой мексиканец-ранчеро. Остановился и стал смотреть на наши съёмки. Разговорились. Ему тоже очень нравятся такие скопления, и он всегда останавливается, чтобы полюбоваться этим зрелищем. 
Вот и гиацинты. Сегодня их количество поубавилось. Цветки начали вянуть. А вот и большой куст цветущей мимозы. Конечно, сразу вспомнился женский праздник!

 На одной из веточек сидит симпатичная желтушка с мелкими коричневыми крапинками. Сидит спокойно, так что фотография крупным планом получается без проблем. И вновь разноцветный праздничный салют из бабочек! Слишком неосторожно мы подошли к ним в этот раз, и теперь стоим в окружении порхающих вокруг нас парусников черного и белого цвета, белянок, всевозможных оттенков, и небольшого количества нимфалид от зеленого до красного цвета. Пришлось отступить назад и подождать, пока бабочки успокоятся и рассядутся вдоль берега в соответствии с «клубной» принадлежностью. И хотя снимков такого плана сделано уже достаточно много, один из нас продолжает пропитывать футболку прибрежным песком и илом. Другой же направляется обследует прибрежную растительность. 

Среди черных подалириев иногда появляется белый. Но, его, как «белую ворону» не принимают в свой клуб и даже кажется, что пытаются прогнать, как белую ворону.т Зато в группе белянок, он чувствует себя более комфортно.


У одного из видов белянок, напоминающих нашу боярышницу, очень красивые кончики усиков (булавы). Они нежно- голубого цвета. Когда бабочки шевелят усиками, булавы напоминают маленьких светлячков.

С соседнего дерева слетает на песок Siproeta stelenes. Часто встречающаяся бабочка, но не перестаёшь восхищаться роскошной окраской её крыльев- единственная в своём роде зелёная нимфалида! Она сидит обособленно, не примыкает ни к одной из групп.
     

Обследование прибрежной растительности приносит свои результаты. Найден и сфотографирован новый вид зефира. Нам такой еще не встречался. Темно-коричневого цвета испод крыльев испещрен белыми прерывистыми полосками, а у основания, щедро усыпан красными точками. Кончики хвостиков  белые, а настоящих усиков оранжевые.



Нимфалиду паву белую к редким бабочкам не отнесёшь.  
На протяжении нашего путешествия мы встречали их неоднократно. И всё же их необычная для нимфалид окраска заслуживают внимания. Узором на крыльях бабочка напоминает наших больших лесных перламутровок, с той лишь разницей, что перламутровки оранжевого цвета, а павы- голубовато-белого. И еще у павы по одному черному с желтым обрамлением глазку на передних крыльях и по два на задних. Эти глазки напомнили нам посещение храма возле пирамиды Луны в Теотиуакана.
Колонны его были украшены изображением крылатого
Quetzalpapalotl.
«Папалотль» на языке наутль- бабочка. Quetzalpapalotl- одна из ипостасей Кетцаля,  главного бога ацтеков. При первом взгляде на эти колонны археологи посчитали, что это бог-птица. Но обнаружив глазки на крыльях, характерные для многих бабочек, изменили свою интерпретацию. 


Жаркое тропическое солнце высушило грязь на футболках и на теле. Решаем помыться. Ходить далеко не надо: прямо перед нами в реке небольшое углубление диаметром около двух метров,  образующее природную ванную с теплой и прозрачной проточной водой. Минут десять мы отмокаем, а потом с удовольствием смываем с себя всю грязь. Как приятно лежать в воде, остудив разгоряченное тело! Лежать бы так и лежать! Но, одним глазком мы все же поглядываем на берег, где продолжают свою трапезу успокоившиеся бабочки.

Композиция кажется интересной. Потихоньку вылезаем из «ванной», ложимся на песок и подползаем к бабочкам. Затем снова мыться. И так по очереди несколько раз.  А время неумолимо бежит! Пора возвращаться.  Как жаль! В этот приезд вернуться сюда уже не удастся. Но, может быть, в другой раз?...      



ИЮЛЬ 2011 г.

Корзунович П.
Поттосин И.

ФОТО АВТОРОВ. 

 


Сайт построен на платформе
Интернити.Креатив

(с) 2004-2008 Павел Корзунович.
Использование статей и фотографий без письменного разрешения автора запрещено.

На главную